Американская платежная система официально прекратила работу в России еще весной 2022 года, однако ее российская «дочка» работает, хотя и продолжает нести убытки, а материнская компания еще и подает заявки на регистрацию товарных знаков на лекарства, ювелирные украшения и даже одежду с NFT.
Портал IT-World разобрался в этом парадоксе и объясняет, почему уход оказался фикцией, а юридическая оборона бренда обходится дороже, чем текущие убытки.
ООО «Виза», зарегистрированное в Москве еще в 2009 году, подвело финансовые итоги 2025 года. Чистый убыток компании сократился в 2,5 раза по сравнению с предыдущим годом и составил 572 миллиона рублей. Для сравнения, в 2024 году убыток достигал 1,434 миллиарда. Убыток от продаж тоже уменьшился, хотя и не так драматично, с 143,7 до 121,6 миллиона рублей.
Цифры говорят о том, что дела у локального юрлица идут не блестяще, но динамика положительная. Сокращение потерь стало возможным благодаря жесткой оптимизации расходов, однако компания все еще остается убыточной. При этом структура собственности не изменилась, 99 процентов ООО «Виза» принадлежит американской Visa International Service Association, еще один процент закреплен за Visa International Holdings LLC.
Двадцать третьего августа американская корпорация подала в Роспатент сразу две заявки на регистрацию товарных знаков. Любопытно, что заявки охватывают 25 классов Международной классификации товаров и услуг, причем список далек от привычных финансовых инструментов.
В перечне значатся фармацевтические препараты и медицинское оборудование, химическая и промышленная продукция, транспортные средства и даже музыкальные инструменты. Отдельно прописаны ювелирные изделия, драгоценные и полудрагоценные камни, часы, браслеты, кольца, серьги и броши. Есть даже одежда, аутентифицированная с помощью невзаимозаменяемых токенов, так называемых NFT. Кроме того, заявки включают корма для домашних животных, услуги телемедицины, ветеринарии, косметологии, сельского хозяйства и ландшафтного дизайна.
На первый взгляд, это выглядит как абсурд. Платежная система вдруг решила заняться медициной или ювелиркой. Однако на самом деле это стандартный прием глобальных корпораций, который называется оборонительной регистрацией бренда.
Чтобы понять суть, нужно вспомнить, как работает регистрация товарного знака. Знак регистрируется для конкретных классов Международной классификации товаров и услуг. Если вы владеете знаком «Visa» только для финансовых услуг, а кто-то другой подает заявку на «Visa» для ювелирных украшений и успевает ее зарегистрировать раньше, то через несколько лет этот «чужой» знак становится полноценной интеллектуальной собственностью, и вы не сможете его отобрать, если только не докажете недобросовестность. Доказать это сложно и дорого.
Поэтому крупные корпорации заранее «бронируют» свой бренд по всем мыслимым категориям. Они платят пошлины и оформляют документы, но фактически эти знаки лежат мертвым грузом. Их главная задача — создать юридический барьер, чтобы никто другой не мог использовать известное имя в любой сфере. Если вдруг появляется кто-то, кто пытается зарегистрировать «Visa» на косметику, Роспатент отклоняет его заявку, потому что уже есть заявка от самой Visa, поданная раньше.
Эта стратегия особенно актуальна для глобальных брендов с высокой узнаваемостью. Например, Apple регистрирует свой знак на одежду, часы и даже на бумажные изделия, хотя сама их не выпускает. Nike регистрируется на электронику. Это не значит, что они планируют шить платья или делать процессоры, просто они обезопасили себя от «пиратского» использования имени, которое могло бы размыть репутацию.
В случае с Visa, заявки являются типичным примером оборонительной регистрации. Компания вовсе не собирается выпускать кольца или лечить зверей. Она просто ставит заслон для недобросовестных дельцов, которые могли бы использовать всемирно известное имя в своих целях, а заодно оставляет себе свободу маневра, если вдруг через годы рынок изменится и цифровые платежи действительно интегрируются с ювелирными изделиями или телемедициной. Кстати, в заявке есть раздел про NFT — Visa активно работает с блокчейном, и наличие регистрации на цифровые активы внутри России может пригодиться, когда рынок созреет. Почему корпоративным системам становится сложнее «разговаривать» друг с другом Новый GIGABYTE GAMING A16 с видеокартами RTX 50 Россия уже восемь лет строит свой Starlink
Официально Visa приостановила работу в России весной 2022 года, но это ограничение коснулось только выпуска новых карт и трансграничных операций. Внутри страны карты Visa всех российских банков продолжают работать, и все операции проходят через Национальную систему платежных карт, которая с 2015 года является процессинговым центром. Локальное юрлицо необходимо для клиринга, взаимодействия с Центробанком и расчетов по старым контрактам.
Закрыть ООО «Виза» означало бы полностью разорвать цепочку международных расчетов, и еще неизвестно, удалось бы компании в таком случае вернуться на российский рынок. Кроме того, процедура ликвидации юридического лица требует колоссальных затрат, выплат сотрудникам, налоговых проверок и судебных разбирательств. Проще и дешевле оставить компанию в режиме ожидания, оплачивая минимальные расходы и сокращая убытки.
Именно этим объясняется сокращение убытков в 2,5 раза. Компания научилась жить в «режиме гибернации», сохраняя кадровый скелет и юридическую чистоту, чтобы при изменении геополитической ситуации можно было мгновенно вернуться к полноценной работе. Выходит, что заявление об уходе было публичным, но юридически и технологически Visa осталась в России.
Так что, текущие 572 миллиона рублей убытка — это плата за сохранение присутствия, а заявки на товарные знаки — это инвестиция в долгосрочную безопасность. И то и другое говорит о том, что Visa не считает российский рынок потерянным. Она рассматривает его как замороженный актив, который можно разморозить в любой момент, когда позволят политические и экономические условия.
Источник: www.it-world.ru