Александр Леонидович Стемпковский — генеральный директор Инновационного центра «Альфачип», академик РАН, доктор технических наук, профессор, председатель конференции МЭС. Научные интересы: Автоматизация проектирования микроэлектронных схем и систем, высокопроизводительные вычислительные системы.
Александр Леонидович, в одном из ваших ранних интервью вы говорили, что в конце 80-х годов советская микроэлектроника была третья в мире. Затем, в 90-е, стали в основном полагаться на импортные решения. Вы указывали, что это стало стратегической ошибкой и микроэлектронику нужно собирать «с нуля», а также призывали к оперативным мерам. Сейчас, спустя время, как вы оцениваете состояние микроэлектроники в России?
Надо сказать, что мало что изменилось. Многие этого не знают, но когда-то наша микроэлектроника была наравне с американской, отставание составляло не более пяти лет. Сейчас трудно сказать, на сколько лет мы отстаем — не на пять и не на десять. В лидерах сегодня — США, Китай, Япония, Тайвань.
В микроэлектронике есть два аспекта: технологии производства и автоматизация проектирования. Если есть только технологии, но нет автоматизации проектирования, то сложные чипы создать не получится. Поскольку у нас была сделана ставка на покупку и технологии, и систем автоматизации проектирования (САПР), эти системы не поддерживались и быстро устарели. Сейчас в этом направлении есть прогресс. Ведутся работы, создана рабочая группа, подключены компании, способные дать реальный результат. Например, наша компания «Альфачип» фактически стала главной по разработке программного обеспечения для проектирования цифровых интегральных схем. Мы нашли быстрый путь, и к ноябрю у нас появится рабочий вариант САПР, с которым смогут работать российские дизайн-центры. Это, на мой взгляд, успех.
Однако в мире происходят очень важные концептуальные изменения в подходе к проектированию микросхем, связанные с использованием искусственного интеллекта. Сейчас происходит коренная перестройка систем проектирования на базе ИИ. На мой взгляд, существует два варианта решения этой проблемы.
Первый вариант уже реализуется — это мультиагентный подход, когда вместо операторов некая система с помощью известных средств пытается найти решение задачи. Второй вариант, которого пока не существует, — система, основанная на базе знаний. Это колоссальная система, которая будет общаться с пользователем на вербальном уровне, на уровне диалога, и выдавать готовые решения. Если бы мы пошли этим путем, то могли бы стать первыми в мире, но пока мы даже не начали реализацию мультиагентной системы. Нам нужно напрячься, иметь серьезные вычислительные мощности и подключить лучшие силы. Сейчас фактически мы делаем то, что у американцев уже есть. Новые подходы мы пока даже не пробуем. Да, ИИ мы используем в проектных процедурах, но процесс в целом, с использованием ИИ, мы не осуществляем.
С технологиями производства ситуация еще хуже. Мало что изменилось: технологии находятся примерно на уровне 180 нм — это отставание примерно на шесть поколений. Но есть и положительные моменты. Например, есть совместный проект с коллегами из Беларуси. Это одна из немногих республик бывшего СССР, в которой сохранилась микроэлектроника, пусть и на более низком уровне, чем у нас. Они занимались электронным машиностроением — тем, что у нас фактически утеряно. Сейчас в России есть компании, которые пытаются создать электронно-лучевое оборудование, но оно пока далеко от требуемого уровня.
В 2023 году Мэр Москвы Сергей Собянин объявил об открытии первой линии по корпусированию микросхем для транспортных карт «Тройка». С тех пор производство карты было полностью локализовано, при этом указывалось, что технология может найти применение не только в транспортных картах, но и в банковских, и при изготовлении загранпаспортов. Значит ли это, что отечественные технологии микроэлектроники могут полностью покрыть наши бытовые потребности или еще остаются какие-то барьеры?
Эти технологии не являются самыми современными — и для таких задач этого достаточно. Самые современные технологии очень дорогие, но они и не везде нужны. Вам же не всегда нужен роскошный автомобиль, чтобы куда-то добраться. Иногда можно доехать и на велосипеде. Да, для транспортных карт наши технологии пригодны. Но обращаю ваше внимание на то, что оборудование на заводах — не наше.
Можете ли вы привести примеры областей, где сохраняется зависимость от импортных компонентов, и где отрыв от конкурентов особенно велик.
Самый важный пример — дата-центры, работающие на искусственном интеллекте. Микросхемы для этих задач мы производить не можем. Мы в принципе не сможем создать для наших технологий то, что можно поставить в эти системы. Вопрос не только в скорости, но и в полном несоответствии объемов памяти и действий. Отставание очень серьезное. Эти технологии сейчас являются основой для создания всех систем, работающих с ИИ, и мы здесь сами ничего не можем сделать.
То есть сказался разрыв, который возник в 90-е?
Безусловно. Девяностые годы стали катастрофой: финансирование прекратилось, все рухнуло. Мы повторяли ошибки: сначала полагались на американское оборудование, потом выяснилось, что покупать не на что. А когда появились деньги, мы уперлись в то, что нам могут просто не продать нужное — это технологическая зависимость. Мы сейчас находимся в глубокой технологической зависимости. Нужно искать пути выхода, но быстро это сделать не получится. Чтобы все было полностью российским, нужны установки, точные станки, особые материалы. По многим аспектам мы не соответствуем. Представить, что мы полностью всё сделаем на российском оборудовании, — я не берусь предсказывать, когда это станет реальностью.
А как обстоят дела с кадровым вопросом: охотно ли молодые специалисты идут на предприятия микроэлектроники? Что мешает, что привлекает?
Во-первых, молодые ребята до сих пор учатся работать на американских системах проектирования. Мы в «Альфачипе» планируем по окончании проекта передать свои разработки вузам, чтобы обучение велось на наших системах, и важно, чтобы эти системы использовались и на производстве тоже. Потому что если они будут использоваться в вузах, но их не будет на реальном производстве, то какой смысл на них учить студентов?
Вторая проблема: студенты не видят себя в микроэлектронике, они не понимают, что им даст эта сфера, особенно с учетом того, насколько она отстала. Они предпочитают быть айтишниками — гораздо больше их привлекает искусственный интеллект и информационные технологии. Компания «Альфачип» в этом смысле в выигрышном положении, потому что мы занимаемся разработкой систем проектирования, а это IT-технологии, поэтому мы зарегистрированы как IT-компания, и для молодежи мы более привлекательны. А на производстве большого интереса нет.
Мы с Вами общаемся на полях конференции «Микроэлектронные системы», вы являетесь ее председателем. На конференции, в том числе, выступили и молодые учёные. Программа конференции была построена вокруг пяти секций, включая искусственный интеллект, проектирование и изготовление систем, квантовые технологии в микроэлектронике. Как вы оцениваете востребованность результатов научного обсуждения?
Конференция прошла успешно, в широком формате — пять секций по всем ключевым направлениям развития микроэлектронных систем. Лозунгом конференции стала фраза «технологическое превосходство России». Я подчеркну: не суверенитет, не независимость, а именно превосходство.
На конференции озвучивалась главная идея: нельзя ли за счет инновационных методов компенсировать отставание? Есть сложившиеся догмы по реализации микроэлектронных систем. Конечный продукт — это микроэлектронная система, которая включает не только технологию производства, но и вычислительный процесс, и системы счисления, и схемотехнику, и определенную логику. За счет улучшения этих составляющих финальный продукт может оказаться лучше, чем сделанный на самой современной технологии. Иными словами, самая современная технология при сложившихся правилах разработки способна дать худший результат, чем если эту же задачу решить инновационными методами, пусть даже на базе старой технологии, но привнести новые идеи. В итоге такой продукт может быть лучше по выходным характеристикам.
Были очень интересные обзорные доклады и доклады с конкретными результатами, сейчас мы обобщаем результаты. Есть светлые новые идеи, с помощью которых можно достичь уникальных результатов. Также определились определенные тенденции развития по каждому направлению. Все результаты мы передадим в министерства, в Академию наук, всем заинтересованным сторонам. Лучшие работы отмечены специальными призами. Я думаю, результаты конференции будут очень востребованы.
Можете ли вы обозначить тенденции, которые обсуждались на конференции, помимо искусственного интеллекта?
Конференция была призвана найти дороги, которые еще никто не построил, куда люди еще не пошли. Мы все время догоняем американцев. Помните советское «догоним и перегоним Америку»? А теперь представьте, что один человек идет, а второй пытается его догнать. Если второй идет следом, ему нужно двигаться быстрее. Но если траектория извилистая, можно срезать угол, пойти короче. Даже с маленькой скоростью можно пройти короткий путь быстрее, чем длинный. Чтобы знать этот короткий путь, как раз нужны светлые идеи — дорожки, которыми еще никто не пошел. На конференции, я считаю, родилась часть таких предложений. Если мы пойдем этим путем, то сможем стать первыми и в некоторых направлениях получить результаты лучше, чем у американцев или китайцев.
Если попытаться заглянуть на 5−10 лет вперед: сможет ли Россия выйти на мировой рынок микроэлектроники с собственными конкурентоспособными продуктами?
Всегда можно найти свою нишу. Мало кто знает, что Россия еще до сих пор продаёт некоторые изделия, сделанные по самым старым советским технологиям, и они востребованы. Но не хотелось бы заниматься продажей отсталых вещей. На рынок мы, может быть, и выйдем, но важно быть на нем одними из лучших.
Сейчас все мучаются с существующими технологиями, идут по накатанной дорожке — там все изменения сводятся к масштабированию: меньше, меньше, меньше. Но не всегда размер решает все, к тому же технологии становятся очень дорогими. А что если завтра появятся биочипы? Вспомните фотопленку — все с ней бегали, а сейчас она не нужна. Лазерные диски тоже ушли в прошлое. Завтра может появиться что-то новое, поэтому в лидерах будет тот, кто начал первым. Мой главный посыл — в том, что нужно искать новые пути — те самые короткие дорожки, которые позволяют опередить и начать новое быстрее всех и стать лидерами.
Источник: hi-tech.mail.ru