Об эксперте: Михаил Малый — руководитель художественно-постановочной части Музыкального театра им. К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко.
Технологии в театре
Какие технологии используют в театре
Если говорить о технологиях, которые реально и активно используются сегодня, то это в первую очередь проекционные решения. В нашем театре проекции применяются часто, но опять же очень аккуратно и с пониманием меры. Полностью «проекционный спектакль» возможен — технологии понятны и давно существуют: проекционные полотна, прозрачные поверхности, возможность накладывать изображение на изображение, создавать сложные визуальные эффекты. Но важно понимать: это всегда определенный художественный стиль. И в академической традиции он внедряется постепенно, чтобы не возникло ощущения, что визуальный инструмент начинает диктовать спектаклю правила игры.
Пока чаще всего мы видим фронтальные и обратные проекции, но сложные решения тоже развиваются. Например, в «Щелкунчике» работает несколько проекций на разные плоскости, используется мэппинг — то есть уже создается почти полноценная визуальная среда. Это направление действительно прогрессивное и востребованное, и оно дальше будет развиваться.
Еще один большой блок — это оснащение сценического пространства и сценическая механика. Современный музыкальный театр очень сильно завязан на точности: у нас есть партитура, у нас есть привязки по времени, и спектакль должен идти «секунда в секунду». Это накладывает обязательство не стоять на месте и использовать современное оборудование. Большая часть сценических систем сегодня программируемая: фактически это «умные» технологии, которые позволяют управлять процессами точно, безопасно и повторяемо.
И, наконец, отдельная важная тема — технологии производства, то есть то, что происходит в цехах. Сейчас довольно часто звучит выражение «старый театр» — и в нашем контексте это не про отсталость, а про классическую театральную технологию: живописная плановость, мягкие декорации, многослойные задники, сетки, тюли, приемы, которые создают сценическую иллюзию не за счет «реального объекта», а за счет театральной условности.
Был период, когда от этого уходили и стремились к «реальным» объектам на сцене, но сейчас видно, что происходит обратное движение — и возникает симбиоз. Классические приемы не исчезают, они соединяются с новыми технологиями и дают новую тенденцию: старый театральный язык начинает звучать по-новому.
При этом производится все это уже современными средствами. Мы используем 3D-печать — например, когда нужно быстро сделать большое количество однотипных предметов реквизита. То, что раньше требовало долгого ручного труда, сейчас можно смоделировать и отправить на печать. Плюс парк ЧПУ станков: фрезеровка, лазерная резка и т. д. Очень сильно это касается и бутафории, и материалов: современные пластики, двухкомпонентные составы позволяют быстро тиражировать предметы, особенно когда массовка большая и нужно много одинаковых элементов.
При этом принципиально важно: мы не «отказываемся» от ручного труда и старых технологий. Мы умеем делать старый театр, умеем делать декорации теми способами, которыми их делали 50−100 лет назад, и эти знания мы сохраняем. А параллельно добавляем новые инструменты — и живем в естественном процессе интеграции, когда ремесло и технология не конфликтуют, а дополняют друг друга.
Что касается искусственного интеллекта — тут ситуация сложнее. Мы пытаемся использовать ИИ в качестве вспомогательного инструмента, например, при создании видеоконтента для проекта. Но если говорить про ИИ как про «автора» художественного решения — это совсем другой разговор.
Театр держится на смыслах: от замысла до вклада каждого участника. Если заменить этот метод, появится риск потери идентичности и самого принципа авторства. Теоретически можно представить проект, где ИИ выступает режиссером или художником — и это может быть любопытно как эксперимент. Алгоритмы действительно иногда дают неожиданные и неочевидные решения.
Но в современном виде это, скорее, область редких суперэкспериментов, чем путь для академического репертуарного театра.
VR
Как обстоит дело с VR
Если говорить про VR и AR, то в прямом виде в нашем театре они пока не используются — и это связано не с тем, что мы «не в курсе» или «не умеем», а с особенностями академического репертуарного театра. У нас другая эстетика и другая логика внедрения новых инструментов: здесь любые технологические решения должны не подменять собой театр, а быть вписаны в него очень точно и очень осмысленно. При этом сами технологии, конечно, нам понятны, мы их знаем и в принципе можем практиковать.
Был, например, проект, который обсуждался, но пока не дошел до реализации — он как раз был связан с VR. И родился он из абсолютно практической задачи: наш театр испытывает постоянный дефицит сценического пространства для репетиций. Сцена практически всегда занята.
У нас плотный график, и поскольку театр репертуарный, идет бесконечная «перебивка» — монтаж и демонтаж спектаклей, смена декораций, подготовка к вечерним показам. В результате место и время для репетиции иногда найти буквально невозможно. Отсюда возникла идея смоделировать сценическое пространство — целиком: сценическую коробку, зал, основные технические параметры. Дальше — подключить к этому датчики движения и выстроить модели декораций и их перемещений в виртуальной среде.
Важно, что для нас это не какая-то фантастика «с нуля». Мы и так, когда создаем будущий спектакль, выстраиваем модели, а художественные группы — художники, постановщики — зачастую сдают нам 3D-модели. По этим моделям мы раскладываем проект на составные части, проектируем, рассчитываем, продумываем механику, перемещения и так далее. И по сути, перенести эту уже существующую работу в VR-пространство — технически не самое сложное.
Идея была в том, чтобы на виртуальной сцене собрать будущий спектакль в конкретных точках, с функционалом — условно говоря, с «работающими дверями», входами и выходами, переходами, сценическими лифтами, если они предусмотрены. А дальше подключить к этой среде режиссера и артистов: то есть физически на сцене их нет, но они получают полномерное пространство, могут «ходить» по нему, строить мизансцены, пробовать движение и рисунок сцены.
Для репертуарного театра это может стать очень сильным решением именно с точки зрения организации репетиционного процесса.
Технологически это вполне реализуемо — на сегодняшний день никаких непреодолимых препятствий нет. Но это история не про «поставили приложение и поехали»: она требует серьезных финансовых вложений и большого объема работы — нужно строить и поддерживать модели, тратить время специалистов, отлаживать процессы.
И есть еще одна вещь — культурная. В академической среде любое обновление происходит осторожнее: не потому что кто-то «против прогресса», а потому что театр — живая традиция, и на уровне художественного языка смена подходов часто идет вместе со сменой поколений. Тем не менее такие проекты уже сейчас можно и, возможно, даже нужно развивать — перспективы у них вполне осязаемые.
Использование технологий
Какой эффект дает использование технологий в театре?
Эффект получается двойной — практичный и художественный.
Практические технологии дают нам то, что особенно важно именно в репертуарном музыкальном театре: точность, управляемость и оптимизацию. Программируемая сценическая механика и «умное» оборудование помогают вам контролировать сложные тайминги и точно синхронизировать действия с партитурой.
Производственные технологии ускоряют подготовку зрелища: где-то позволяют быстрее создавать реквизит или элементы декораций, где-то — точнее создавать сложные формы и быстро получать тираж, когда это необходимо. Это снижение нагрузки на ручной труд в рутинных задачах, и оно дает возможность мастерству быть там, где это действительно незаменимо.
При использовании передовых технологий решаются и структурные проблемы — например, дефицит повторяющегося пространства. Идея VR-повторений как раз про это: не заменить живую случайность, а дать возможность «прожить» пространство и построить рисунок спектакля там, где физическая сцена недоступна. Для театра с плотным графиком это может иметь большое значение.
Проекции, мэппинг, сложные визуальные эффекты могут работать как художественный слой, усиливая образ, создавая окружающую среду, что невозможно добиться «старыми» средствами. Но если технологический уровень начинает становиться самоцелью, он начинает диктовать зрелищный стиль и правила, и тогда этот процесс рискует превратиться в демонстрационные эффекты.
Именно поэтому в академическом театре развитие происходит постепенно и осторожно: важно, чтобы технология способствовала раскрытию смысла и драматургии, а не подменяла их.
В итоге, на мой взгляд, самая точная формула такая: новые технологии в театре работают лучше тогда, когда они не «заменяют» театр, а помогают театру подниматься — делать работу точнее, быстрее, безопаснее и при этом расширять художественные возможности без потери авторства, традиции и смысла.
Источник: hi-tech.mail.ru