Иностранные компании, переданные под контроль государства, смогут претендовать на статус малого и среднего бизнеса, что даст им право на льготное кредитование. С такой инициативой выступил сенатор Андрей Кутепов. IT-World разбирался, помогут ли льготные кредиты их реальному развитию.
С одной стороны, инициатива выглядит спасательным кругом для заводов, оставшихся без иностранных владельцев. С другой – возникает закономерный вопрос: сможет ли бюрократическая машина оперативно распорядиться дешевыми деньгами, чтобы они пошли в дело, а не осели мертвым грузом на счетах.
Банки, в свою очередь, видят иностранную прописку и отказывают в кредитовании даже под хорошие залоги. Предлагаемые поправки снимают это ограничение для тех активов, чьи доли переданы в доверительное управление Росимуществу. Если закон примут, предприятия получат доступ к программам с процентной ставкой существенно ниже рыночной.
Пока это лишь законопроект, но за ним стоят реальные производства, например, Ульяновский станкостроительный завод, который после ухода иностранных владельцев остался без финансовой подпитки, хотя его продукция критически важна для отечественного машиностроения.
Здесь работает механизм, запущенный Указом Президента № 302 от апреля 2023 года. Это не национализация, а именно временное доверительное управление, которое вводится только для активов из недружественных стран.
Президент подписывает специальный указ по конкретному предприятию, и Росимущество назначается управляющим. Иностранный владелец не теряет право собственности, но полностью лишается права голоса, не может продавать завод или менять директоров.
Государство берет на себя операционный контроль, чтобы не допустить остановки конвейеров и выплаты зарплат. Чаще всего под такое решение попадают стратегические отрасли – энергетика, тяжелое машиностроение, оборонка. Причина применения госуправления почти всегда кроется в том, что либо иностранный собственник объявил об уходе, но пытается продать актив с дисконтом или обанкротить его, либо его действия угрожают национальной безопасности. В этой ситуации Росимущество выступает как временный страж, сохраняя актив до лучших времен.
Здесь оценки разнятся в зависимости от того, какой срок мы берем. В краткосрочной перспективе государство справляется с главной задачей – заводы не останавливаются, люди получают зарплату, контракты выполняются. Это уже победа, учитывая панику, которая сопутствовала уходу западных брендов. Однако системных проблем хватает.
Росимущество – это юристы и чиновники по управлению недвижимостью, а не профильные менеджеры в станкостроении или энергетике. Назначенные управляющие часто не знают тонкостей рынка, из-за чего страдает модернизация, а инновации уходят на второй план. Вторая беда – бюрократические проволочки. Любое решение, будь то смена поставщика или покупка нового оборудования, требует согласований с Минфином, Минпромторгом и Правительством. Соответственно, реакция на изменения рынка запаздывает на месяцы. И наконец, финансовая эффективность падает – рентабельность таких активов ниже средней по отрасли, а прибыль нередко уходит на содержание разросшегося управленческого аппарата.
Кроме того, в такой модели управления присутствуют и коррупционные риски, так как контроль за расходами временных управляющих оставляет желать лучшего, и в долгосрочной перспективе, если актив не будет передан частному инвестору или возвращен прежнему владельцу, он рискует технологически деградировать и потерять конкурентоспособность.
Льготные займы безусловно помогут закрыть кассовые разрывы и расплатиться по текущим долгам. Они дадут возможность закупить сырье и комплектующие, более того, это позволит рефинансировать старые дорогие кредиты, облегчив долговое бремя. Но назвать это драйвером развития нельзя. Нужна ли обязательная маркировка нейросетевого контента? Россия создаст бесшовные мобильные проекты с Кыргызстаном, Таджикистаном и Узбекистаном Финансовые власти США встревожены перегревом ИИ-экономики
Дешевые деньги не решают проблему бюрократии и для того, чтобы потратить кредитные средства на модернизацию, управляющему все равно небходимо получить кучу согласований, а за это время ситуация может сильно измениться.
Кроме того, кредиты для МСП выдаются на сравнительно короткие сроки, как правило до трех лет, а модернизация, например, тяжелого машиностроения окупается в лучшем случае за семь-десять лет. В такой ситуации возникает риск, что предприятие возьмет льготные деньги, но не сможет их эффективно освоить, а затем окажется с новым долгом без увеличения прибыли.
По сути, это «скорая помощь», которая позволяет дышать, но не лечит болезнь. Истинное развитие наступит только тогда, когда операционное управление будет передано профессиональным отраслевым менеджерам с реальной зоной ответственности, а не чиновникам, которые привыкли работать с бумагами.
Все же стоит признать, что законопроект – это шаг в правильном направлении. Время покажет, станет ли доступ к льготному финансированию «золотым ключиком» или всего лишь очередной мышеловкой для закредитованных активов.
Источник: www.it-world.ru