Авторы работы сосредоточились на так называемой «диспозиционной жадности» — устойчивой черте личности, когда человеку постоянно хочется большего и он не удовлетворен тем, что уже имеет. Речь может быть не только о деньгах и вещах, но и о власти, статусе, внимании в соцсетях. Как отмечает руководитель работы, доцент Университета Лидса Джошуа Уэллер, именно эта черта почему‑то долго оставалась вне фокуса внимания ученых, тогда как импульсивность и тягу к острым ощущениям в связи с азартными играми изучали давно и подробно.
Психологи предположили, что жадность может особенно сильно притягивать людей к азартным играм: они обещают быстрый финансовый выигрыш, выглядят как короткий путь к «получить еще больше». Чтобы проверить это, авторы работы провели два крупных опроса в Нидерландах и Англии.
В первой работе 1 118 взрослых голландцев заполнили анкеты, в которых оценили уровень своей жадности и материализма, а также рассказали о своем опыте азартных игр за последние 12 месяцев: покупке лотерейных билетов, ставках на спорт, играх в казино. Дополнительно измеряли негативные последствия: финансовые проблемы, конфликты, эмоциональные трудности. Оказалось, что более жадные люди чаще играют и пробуют больше разных форм азартных игр — и это сохранялось даже после учета материализма. То есть дело не только в любви к вещам, а в самом стремлении «хочу получить еще больше».
Во втором исследовании в Англии, где рынок азартных игр развит особенно сильно, участвовали 4 783 человека. Здесь дополнительно учитывали импульсивность, чтобы отделить ее влияние от жадности. Оказалось, что высокий уровень жадности был связан с большей вероятностью вовлечения в азартные игры, более частой игрой, большими тратами и более серьезными признаками проблемного гемблинга. Причем жадность предсказывала тяжесть последствий даже тогда, когда ученые статистически «вычитали» импульсивность.
Особенно важным оказалось то, как жадность связана с искаженными представлениями об игре. Более жадные участники чаще верили, что азартные игры помогут снять стресс и сделают их счастливее; переоценивали свои шансы на выигрыш и свою способность «вовремя остановиться». У них сильнее проявлялась иллюзия контроля — убежденность, что личное «умение» влияет на случайный исход.
Авторы подчеркивают: это не повод сводить все к формуле «жадные люди сами виноваты». Во‑первых, исследования были в основном разовыми срезами, и по ним нельзя однозначно сказать, что именно жадность «вызывает» проблемы с азартными играми — возможно, и сами игровые эпизоды усиливают «жадное» мышление. Во‑вторых, выборки состояли из обычных людей, а не пациентов с диагностированным игорным расстройством. И, наконец, чрезмерный акцент на личной ответственности может усиливать стыд и вину и мешать людям обращаться за помощью.
Ученые напоминают, что жадность — лишь один элемент сложной мозаики, куда входят доступность азартных игр, рекламная среда, жизненные обстоятельства и другие психологические особенности. Понимание роли черт личности, по мнению авторов работы, поможет разрабатывать более четкие меры профилактики и поддержки людей, страдающих игроманией, не снимая при этом ответственности с индустрии игр и регуляторов.
Ранее ученые объяснили, как дизайн игровых автоматов влияет на зависимость от азартных игр.
Источник: hi-tech.mail.ru