Согласно этой концепции, наши воспоминания, восприятие и наблюдения могут вообще не отражать реальное прошлое. Вместо этого они могли сформироваться случайно через флуктуации энтропии — случайные «выбросы порядка» в хаотической системе, создавая лишь иллюзию связной истории, которая на самом деле никогда не происходила.
Профессор Института Санта-Фе Дэвид Вольперт, член фрактального факультета SFI Карло Ровелли и физик Джордан Шарнхорст решили проанализировать глубокое противоречие в основах статистической физики. Ключевым принципом, объясняющим, почему время движется в одном направлении, служит H-теорема Больцмана, связанная со вторым законом термодинамики. Этот закон объясняет, почему энтропия стремится расти со временем, создавая для наблюдателя — каждого из нас — ощущение прошлого и будущего.
Однако парадокс заключается в том, что сама H-теорема симметрична относительно времени — она не отдает предпочтения ни одному из направлений. Это приводит к неожиданному следствию: с формальной точки зрения, более вероятно, что паттерны, составляющие наши воспоминания и наблюдения, возникли из случайных флуктуаций энтропии, чем из реальной последовательности прошлых событий. Проще говоря, физика допускает возможность, что наши воспоминания — не надежные записи пережитого нами прошлого опыта, а всего лишь детальные иллюзии, созданные случайностью.
Чтобы лучше понять эту проблему, ученые построили формальную структуру, анализирующую, как различные предположения влияют на выводы об энтропии и памяти. Такой подход позволил связать гипотезу больцмановского мозга, второй закон термодинамики и «гипотезу о прошлом», которая предполагает, что Вселенная началась в состоянии очень низкой энтропии (например, при Большом взрыве).
Ключевой вопрос в таком случае следующий: какие моменты времени нужно считать фиксированными, когда мы рассуждаем об эволюции энтропии. Например, можно посчитать как данность текущее состояние Вселенной и «разматывать» вероятности от этого момента вперед и назад. Можно посчитать исходной точку низкой энтропии в момент Большого взрыва и считать, что все остальное подчиняется этому условию. Важно, что законы физики не указывают, какая из этих перспектив верна, оставляя пространство для интерпретации.
Чтобы выявить ключевую проблему в существующих аргументах, авторы работы вводят понятие «предположения об энтропии» и подчеркивают, что дискуссии об энтропии, времени и памяти часто опираются на скрытую циклическую логику. В этих случаях предположения о прошлом используются для подтверждения выводов — таких как надежность памяти или направление роста энтропии. Затем эти же выводы применяются для обоснования исходных предположений — получается замкнутый круг, который, если гипотеза «мозга Больцмана» верна, опирается на иллюзию.
Авторы не нашли окончательного решения загадки времени и не опровергают «мозг Больцмана». Вместо этого они предлагают аккуратно разделять то, что диктуют физические законы, и те интерпретационные допущения, которые мы к ним добавляем. Такое разделение сделает способ осмысления фундаментальных вопросов о природе времени, энтропии и памяти более прозрачным и точным.
Ранее нейробиологи выяснили, как мозг закрепляет воспоминания во сне.
Источник: hi-tech.mail.ru